Изнасилование при наличии особо квалифицированных признаков

Дата публикации: 2020-06-28 15:19:36
Статью разместил(а):
Коньшин Сергей Петрович

Изнасилование при наличии особо квалифицированных признаков

Raping in the existence of highly qualified characteristics

 

Автор: Коньшин Сергей Петрович 

Российский государственный университет правосудия, г. Челябинск, Россия

e-mail:  konshin@mail.ru

Konshin Sergey Petrovich

Russian State University of Justice, Chelyabinsk, Russia

e-mail: konshin@mail.ru

 

Аннотация: В статье изложена уголовно-правовая характеристика изнасилования, ответственность за совершение которого установлена ст. 131 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Abstract: The article outlines the criminal-legal description of rape, the responsibility for the commission of which is established art. 131 of the Criminal Code of the Russian Federation.

Ключевые слова: изнасилование, преступления против половой свободы. 

Keywords:  rape, crimes against sexual freedom.

Тематическая рубрика: юриспруденция и право.

 

Изнасилование, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей. Применительно к составу изнасилования, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей (п. «а»), необходимо указать следующее. Действия виновного, приведшие к неосторожному лишению жизни потерпевшей, могут совершаться как по легкомыслию, так и по небрежности.

По свидетельствам судебной практики, преступная небрежность встречается чаще. Виновный в изнасиловании не желал лишить жизни потерпевшую, не предвидел возможности наступления смерти, хотя должен был и мог её предвидеть. Объективный критерий преступной небрежности - должен предвидеть наступление смерти от изнасилования - вытекает из самого преступного поведения субъекта. Применяя садистские, либо особо интенсивные способы изнасилования, или особо агрессивные способы преодоления сопротивления потерпевшей, нападая на неё внезапно, любое вменяемое лицо должно предвидеть наступление любых последствий, способных причинить вред не только здоровью, но и жизни потерпевшей.

Субъективный критерий - возможность предвидеть наступление смерти зависит от характеристики личности насильника: вменяемости, достижения возраста ответственности за изнасилование и лишение жизни по неосторожности, уровня психического развития (ст. 20 УК РФ), состояния опьянения в момент совершения преступления (ст. 23 УК РФ). Кроме того, выясняя, мог ли виновный предвидеть возможность наступления смерти потерпевшей, необходимо учесть её возраст (малолетие, престарелый возраст); состояние здоровья (болезнь сердца, например), о котором виновному было известно в момент совершения насилия; способы изнасилования; интенсивность и особая агрессивность насилия, применяемого к потерпевшей [2].

Для вменения п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ необходимо, чтобы смерть по неосторожности наступила от самого насильственного полового акта либо от насилия, применяемого с целью совершения изнасилования. Если отсутствует причинная связь между изнасилованием и наступившей по неосторожности смертью потерпевшей, названный квалифицирующий признак не вменяется, а причинение смерти квалифицируется по ст. 109 УК РФ.

В тех случаях, когда субъектом изнасилования является лицо 14-15 лет, оно не подлежит уголовной ответственности по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ по причине недостижения возраста уголовной ответственности за неосторожное причинение смерти (ст. 20 УК РФ).

Изнасилование, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение её ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия.

В п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, предусматривающем изнасилование, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение её ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия, сосредоточены три самостоятельных особо квалифицирующих признаков изнасилования. Характеристика первого из них - неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью - даётся в ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ.

Применительно к ст. 131 УК РФ необходимо, так же как и при лишении жизни по неосторожности (п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ), доказывать наличие причинной связи между изнасилованием (половым актом либо применением насилия) и тяжким вредом, наступившим в результате совершения названного преступления. При установлении такой связи действия лица квалифицируются только по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ. При отсутствии причинной связи либо при причинении вреда после изнасилования, действия виновного квалифицируются раздельно: по ст. 131 УК РФ (без рассматриваемого особо квалифицирующего признака) и ст. 118 УК РФ.

Перечень последствий, отнесённых к тяжкому вреду здоровью, даётся в ст. 111 УК РФ. В принципе наступление любого из названных в ней последствий может послужить предпосылкой вменения п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, при условии, что виновное отношение к ним выражается в форме неосторожности.

Некоторые из последствий (утрата, например, зрения, речи, слуха, какого-либо органа, неизгладимого обезображения лица, утрата общей трудоспособности более чем на одну треть, заболевание наркоманией или токсикоманией) могут быть вызваны физическим насилием, применённым для преодоления сопротивления потерпевшей. Утрата же органом его функций (неспособность к деторождению), прерывание беременности, психическое расстройство - самим фактом совершения насильственного полового акта.    

Предлагаемое уточнение не влияет на квалификацию деяния по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, но может способствовать уточнению характеристики объективной стороны конкретного преступления при неосторожной форме вины. Заражение ВИЧ-инфекцией при изнасиловании полностью охватывается п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ. Дополнительная квалификация по ст. 122 УК РФ требуется лишь в случае реальной совокупности преступлений.

К иным тяжким последствиям изнасилования относятся такие, которые не вошли в перечень, названный в ч. 3 ст. 131 УК РФ. Возможность отнесения их к особо квалифицирующим признакам определяет суд, исходя из указания в законе о тяжести последствий и наличия их в конкретном уголовном деле.

Однако исходным моментом во всех случаях решения этого вопроса должно быть обязательное условие - тяжкие последствия наступают от изнасилования или покушения на него, т.е. от выполнения (в процессе выполнения) действий, входящих в объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 131 УК РФ, причинно связанные с ним и совершённые виновно (умышленно или неосторожно) [1].

И ещё одно: тяжкие последствия могут быть вызваны действиями, как обвиняемого, так и самой потерпевшей. Её действия по причинению себе вреда, сопряжённого (вызванного) изнасилованием, могут быть совершены до начала полового акта с целью избежать его, после полового акта, как реакция на совершившееся. Так, к тяжким последствиям изнасилования судебная практика относит, например, самоубийство потерпевшей или покушение на него. Однако это последствие может быть вменено насильнику лишь при доказанности косвенного умысла или неосторожности с его стороны на доведение путём изнасилования потерпевшей до самоубийства. Если виновный не предвидел такого варианта поведения потерпевшей, не должен был и не мог его предвидеть, вменение ему п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ по этому признаку исключается (например, изнасилована была женщина, неоднократно вступавшая в сексуальные отношения, в том числе и с насилием, с различными мужчинами и не предпринимавшая при этом попыток покончить жизнь самоубийством) [2].

Нельзя вменять в вину насильнику и самоубийство потерпевшей, которое лишь было сопряжено с изнасилованием, но непосредственной причиной его послужило жестокое отношение к ней со стороны мужа или других близких родственников, упрекавших её, допустим, в безнравственном поведении, якобы послужившем поводом для изнасилования.
Самоубийство родственников потерпевшей, узнавших об изнасиловании, не может быть отнесено к иным тяжким последствиям, так как эти отдалённые последствия лежат за пределами объективной стороны изнасилования и не могут охватываться сознанием и предвидением возможности их наступления со стороны виновного. Вместе с тем самоубийство (покушение на него) родственников или других лиц, совершённое в процессе изнасилования с целью его прекращения, следует рассматривать как тяжкое последствие, входящее в п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, при условии, что виновный предвидел возможность его совершения.

К иным тяжким последствиям необходимо относить все виды причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей, перечисленные в ч. 1 ст. 111 УК РФ, неопасные для жизни, но отнесённые к тяжким по исходу (по фактически наступившим последствиям). Таковыми могут быть утрата органа, утрата органом его функций, расстройство или обострение болезни психики и т.д.

Все тяжкие последствия, наступившие от изнасилования или покушения на изнасилование, полностью охватываются п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по ст. 111 УК РФ. Вместе с тем умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей после изнасилования по мотивам, например, мести за оказанное сопротивление, или запугивание с целью сокрытия факта изнасилования, влечёт квалификацию по совокупности ст. 131 УК РФ (часть и пункт статьи вменяются в зависимости от признаков конкретного преступления) со ст. 111 УК РФ.

В тех случаях, когда такое умышленное причинение тяжкого вреда повлекло за собой смерть потерпевшей, действия виновного следует квалифицировать, кроме ст. 131 УК РФ, по ч. 4 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей).

Сложным для разрешения в судебной практике является вопрос о правилах квалификации и возможности отнесения к тяжким последствиям изнасилования, названным в п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, убийства. Верховный Суд РФ, высказывая свою точку зрения по этому вопросу, применительно к квалификации бандитизма, разбоя, изнасилования, разъяснял, что убийство, сопряжённое с другими преступлениями, требует квалификации содеянного по совокупности статей Уголовного кодекса, поскольку при этом совершается два самостоятельных преступления [3].

Эта позиция высшего судебного органа страны воспринята судебной практикой однозначно. Сложность состоит в правильной квалификации другого преступления, совершённого наряду с убийством. Ответ на этот вопрос, прежде всего, следует искать в конструкции диспозиции той или иной статьи Уголовного кодекса, в данном случае - в п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, где предусмотрены, как уже было сказано ранее, тяжкие последствия, наступившие от изнасилования или покушения на него.
Убийство не является последствием названных действий, поэтому лишение жизни потерпевшей, совершённое до, в процессе изнасилования либо после его завершения, является самостоятельным преступлением, не входящим в понятие иных тяжких последствий (п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ) и подлежит самостоятельной квалификации. Статья 131 УК РФ при этом вменяется с любым пунктом, частью (в соответствии с конкретными обстоятельствами изнасилования), кроме п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ.
Исключением из этого правила может быть покушение на убийство в процессе изнасилования. Если покушение на убийство повлекло за собой последствия, подпадающие под понятие «иные тяжкие последствия», то содеянное необходимо квалифицировать по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ, ст. 30 УК РФ и п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство, сопряжённое с изнасилованием). Если же никаких тяжких последствий не наступило, действия виновного должны квалифицироваться по ст. 30 УК РФ, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и соответствующей части ст. 131 УК РФ без учёта тяжких последствий.

Мотивами убийства, сопряжённого с изнасилованием, могут быть месть за оказанное потерпевшей сопротивление или дачу показаний следователю, желание скрыть совершённое преступление.

Момент совершения убийства учитывается при установлении цели лишения жизни потерпевшей и направленности его умысла, что, в свою очередь, может влиять на квалификацию деяния. Так, убийство женщины с целью совершения полового акта с трупом, следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Основания для вменения убийства, сопряжённого с изнасилованием, нет, так как отсутствует объект - половая неприкосновенность или половая свобода потерпевшей. Нет и самого факта изнасилования, в связи с чем ст. 131 УК РФ не вменяется. Убийство других лиц, пытавшихся воспрепятствовать изнасилованию, следует квалифицировать по п. «к» ч. 3 ст. 105 УК РФ как убийство, сопряжённое с изнасилованием [1].

Безусловно, мотивом деятельности потерпевшего в этом случае может быть выполнение общественного долга по оказанию помощи жертве насилия, осуществление необходимой обороны, но совершаются его действия в специфической обстановке - при изнасиловании женщины, и защита осуществляется не вообще от нападения, а от изнасилования. Следовательно, и убийство сопряжено не вообще с исполнением общественного долга, а именно с изнасилованием, что и следует отразить в квалификации, вменяя п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

 

Список литературы:

1. Бородин С.В.,Иванова И.Н.,Лебедев В.М. Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации 2-е изд.,перераб. и доп. //Бородин С.В.,Иванова И.Н.,Лебедев В.М. М.: Спарк, 2005. С. 1022.

2. Кадников Н.Г. Уголовное право. Общая и Особенная части Учебник для вузов. //Кадников Н.Г. М.: ИД Городец, 2006. С.:912.

3. Кудрявцев В.Н. Уголовное право. Под ред. В.Н.Кудрявцева, А.В. Наумова // М.:Юристъ 2006. С. 273.