Правовой статус цифровых финансовых активов и цифровой валюты в Российской Федерации

Дата публикации: 2022-01-25 13:39:40
Статью разместил(а):
Булыга Анна Александровна

Правовой статус цифровых финансовых активов и цифровой валюты в Российской Федерации

Legal status of digital financial assets and digital currency in the Russian Federation

 

Автор: Булыга Анна Александровна

Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации, г. Москва, Россия

E-mail: bul171554@yandex.ru

Bulyga Anna

Financial University under the Government of the Russian Federation, Moscow, Russia

E-mail: bul171554@yandex.ru

 

Аннотация: Данная статья посвящена рассмотрению правового статуса цифровых финансовых активов и цифровой валюты в Российской Федерации, а также проблем, существующих в законодательстве в данной сфере и возможных перспектив их решения. Тема работы актуальна, поскольку новые условия цифровой экономики, а также пандемия коронавируса (COVID-19) трансформировали многие сферы общественной жизни в онлайн-среду. В этих условиях становится неизбежным процесс цифровизации и действующего законодательства. Кроме того, потребность в правовом регулировании обусловили появление и распространение цифровых ценностей, и прежде всего криптовалют.

Abstract: This article deals with the legal status of digital financial assets and digital currency in the Russian Federation, as well as the problems existing in the legislation in this area and possible prospects for their solution. The topic of the work is relevant because the new conditions of the digital economy, as well as the coronavirus pandemic (COVID-19) have transformed many areas of social life into an online environment. In these circumstances, the process of digitalization and the current legislation becomes inevitable. In addition, the need for legal regulation has led to the emergence and proliferation of digital values, especially cryptocurrencies.

Ключевые слова: криптовалюта, правовое регилирование, цифровые финансовые активы, цифровая валюта, финансовые технологии.

Keywords: cryptocurrency, legal regulation, digital financial assets, digital currency, financial technology.

Тематическая рубрика: Юриспруденция и право.

 

Текущее развитие технологий и рынков в Российской Федерации и в мире имеет своим следствием тот факт, что необходимым элементом новой экономической парадигмы любого государства становится рынок цифровых финансовых активов и цифровой валюты. Участники рынка цифровых финансовых активов и цифровой валюты должны получить возможность пользоваться банковскими услугами, платить налоги с полученных доходов и получать юридическую защиту в судах при нарушении их прав.

Также очень важной задачей является обеспечение защиты российских инвесторов при осуществлении инвестиций на рынке цифровых финансовых активов и цифровой валюты. Таким образом, рынок цифровых финансовых активов и цифровой валюты требует надлежащего законодательного урегулирования, которое призвано не только предоставить возможность участникам общественных правоотношений распоряжаться такими объектами, но и обеспечить баланс интересов участников рынка и способствовать поступлению инвестиций в Российскую Федерацию. 

В Российской Федерации с 1 января 2021 г. вступил в силу Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ». Данный закон закрепляет правовой режим использования (оборота) цифровых финансовых активов, цифровой валюты, применение технологий распределенных реестров в России. Закон получил неоднозначную оценку со стороны юридического и профессионального сообщества, чем и обосновывается научный интерес автора в изучении представленного в статье вопроса.

Необходимость изучения данной темы с позиции теории, практики, зарубежного опыта обосновывается тем, что правильное понимание и имплементация норм, регулирующих правовой режим цифровых финансовых активов в Российской Федерации, должно способствовать в перспективе созданию системы правового регулирования цифровой экономики, основанной на гибком подходе в каждой сфере, а также развитию гражданского оборота на базе цифровых технологий.

Стоит отметить, что степень изученности с научной точки зрения правового статуса цифровых финансовых активов в Российской Федерации, несмотря на новизну темы, является относительно высокой, поскольку научных работ, посвященных данному вопросу, уже сейчас насчитывается довольно большое количество. Исследованию правового регулирования цифровых финансовых активов в Российской Федерации посвящены научные работы Агеева В.Н., Акинфиевой В.В., Власова А.В., Милоша Д.В., Герасенко В.П., Якименко Д.В., Сарафановой Д.Д. и других. Такая научная база может также послужить поводом для дальнейшего исследования этого вопроса.

Прежде всего, нельзя не упомянуть о довольно долгой истории принятия Федерального закона «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Так, 20 марта 2018 г. депутатами Государственной Думы ФС РФ А.Г. Аксаковым, И.Б. Дивинским, О.А. Николаевым, а также членом Совета Федерации ФС РФ Н.А. Журавлевым был внесен Проект Федерального закона № 419059-7. В этом Проекте содержались легальные дефиниции значимых для цифровой экономики понятий: цифровой финансовый актив (ЦФА), майнинг, криптовалюта, токен, смарт-контракт, цифровой кошелек, цифровая транзакция, цифровая запись, реестр цифровых транзакций, распределенный реестр цифровых транзакций, участники реестра цифровых транзакций, валидатор, валидация цифровой записи.

Вторая версия Проекта Федерального закона № 419059-7 также начиналась с перечисления легальных дефиниций цифровых понятий. Характерно, что под термином «цифровой финансовый актив» в ней по-прежнему предлагалось понимать «имущество в электронной форме, созданное с использованием криптографических средств». В юридической литературе этот и иные термины второй версии Проекта также подверглись критике. В.Ф. Попондопуло, Д.А. Петров и Е.В. Силина писали, что вторая версия Проекта отличалась некорректностью термина «цифровой финансовый актив», в определении которого фигурировали два аспекта – цифровой актив и финансовый актив. В итоге, авторы писали, что «в таком контексте цифровой актив может быть представлен как в виде цифровых прав (самостоятельного объекта гражданских прав), так и в виде технологии, с помощью которой осуществляется гражданский оборот традиционных объектов гражданских прав. В последнем случае появление самостоятельного объекта не происходит, но эффект от использования цифровых технологий оказывает непосредственное влияние на состояние товарного рынка традиционных объектов гражданских прав и правовой режим их оборота».

Также нельзя не отметить, что почти три года назад были внесены изменения в Гражданский кодекс РФ, который был дополнен новой статьей — 141.1, которая в качестве объекта гражданского права закрепила категорию «цифровые права», под которыми стали признаваться обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу.

По итогам трехлетней работы над законом все же была принята окончательная версия. Теперь, согласно новому Федеральному закону «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 31.07.2020 N 259-ФЗ вводится национальное регулирование социально-экономических отношений, возникающих при выпуске, учете и обращении цифровых финансовых активов, определяются особенности деятельности оператора информационной системы (ИС), в которой выпускаются ЦФА, оператора обмена ЦФА, а также отношений, возникающих при обороте цифровой валюты в Российской Федерации.

Согласно п. 2 ст. 1 нового Закона цифровыми финансовыми активами признаются цифровые права, включающие денежные требования, возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам, права участия в капитале непубличного акционерного общества, право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг, которые предусмотрены решением о выпуске цифровых финансовых активов в порядке, установленном Федеральным законом, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения (изменения) записей в информационную систему на основе распределенного реестра, а также в иные информационные системы.

Автор считает, что определение ЦФА, содержащееся в Законе о ЦФА, небезупречно. Прежде всего смущает перечисление ЦФА. Из этого перечня следует вывод о вариативности видов ЦФА. Обозначенная вариативность заключается в том, что ЦФА – это и требование денежного характера; и возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам; и право участия; и право требовать передачи ценных бумаг. На наш взгляд, это обусловлено тем объективным обстоятельством, что в действительности цифровые права не являются в чистом виде новыми гражданскими правами, а представляют новую форму выражения этих прав.

В Экспертном заключении Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 29 ноября 2018 г. отмечается следующее: «непонятно, почему в одном случае они «удостоверяют требования» (т. е. права) или «права участия», в других - лишь «возможность осуществления прав», а в-третьих – «право требовать передачи прав»?».

Кроме термина ЦФА, Закон «О цифровых финансовых активах ...» содержит легальные дефиниции и других важных для цифровой экономики понятий, например: «цифровая валюта», «распределенный реестр», «узлы информационной системы». Такое внушительное количество дефиниций, содержащихся в Законе о ЦФА, позволило Т. Кочановой оценить этот закон как «глоссарий понятий, связанных с блокчейном и криптовалютами», на основе которого будут писать другие связанные законопроекты.

Согласно п. 3 ст. 1 Закона «О цифровых финансовых активах» цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации, денежной единицей иностранного государства и (или) международной денежной или расчетной единицей, и (или) в качестве инвестиций и в отношении которых отсутствует лицо, обязанное перед каждым обладателем таких электронных данных, за исключением оператора и (или) узлов информационной системы, обязанных только обеспечивать соответствие порядка выпуска этих электронных данных и осуществления в их отношении действий по внесению (изменению) записей в такую информационную систему ее правилам.

Главное отличие между ЦФА и цифровой валютой – в обязанном лице: по ЦФА всегда есть конкретное лицо, которое обязано по ЦФА. Таким лицом является лицо, осуществляющее выпуск ЦФА. Что касается цифровой валюты, то по ней такого лица нет. Таким образом, при вступлении в правоотношение, опосредованное ЦФА, возникает гражданско-правовое обязательство в цифровой форме. Такое обязательство, как и любое иное гражданско-правовое обязательство, характеризуется относительностью. В нем выделяются два субъекта, наделенные взаимно корреспондирующими правами и обязанностями, а именно - лицо, осуществляющее выпуск ЦФА, и обладатель ЦФА. Кроме того, в отличие от цифровой валюты, ЦФА – это цифровое право, которое в свою очередь является новым объектом гражданских прав, что само по себе свидетельствует об оборотоспособности ЦФА. ЦФА может быть предметом сделки по купле-продаже, мене, дарению, залогу и т.д.

Закон «О цифровых финансовых активах» прямо не говорит о возможности внесения цифровой валюты в уставный капитал российского хозяйственного общества. Такой пример существует в РФ, когда в уставный капитал компании «Артель» был внесен биткойн, это было оформлено передачей доступа к электронному кошельку. Поскольку внесение в уставный капитал не является операцией продажи работ или услуг, предполагается, что данный Закон не запрещает такие операции в будущем.

По нашему мнению, недостатком закона является то, что многие термины, используемые криптосообществом, которые успешно применяются в мировой правовой практике (криптовалюта, токен, майнинг, смарт-контракт) не содержатся в Законе «О цифровых финансовых активах ...», вместо них применяются собственные, которые вводят новые правовые институты и создают неопределенность. От закона ожидали введения единого аппарата и понятийной правовой базы для всего криптовалютного рынка в целом, в результате он стал основой исключительно для цифровизации российских активов, выпуска цифровых дубликатов ценных бумаг по российскому праву — которые сложно выводить на международный рынок.

В настоящее время в Российской Федерации полноценному функционированию и дальнейшему развитию рынка цифровых финансовых активов и цифровой валюты мешает целый ряд нерешенных проблем, среди которых:

- отсутствие надлежащей ясной терминологии в области цифровых финансовых активов и цифровой валюты;

- отсутствие правовых гарантий защиты права собственности участников рынка цифровых финансовых активов и цифровой валюты и иных лиц.

Таким образом, подводя итог, можно сказать, что новый Федеральный закон от 31.07.2020 N 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» вводит существенные ограничения, но в то же время открывает определенные возможности для развития бизнеса, осуществляющего деятельность с цифровыми финансовыми активами.

Было выявлено, что терминология, применяемая в законе, не всегда соответствует устоявшимся в международной практике и обычаях делового оборота понятиям и стандартам. В целом закон носит компромиссный характер, обеспечивая баланс публичных и частных интересов. Его несомненным достоинством является подробное описание процедур выпуска ЦФА с предоставлением значительных возможностей поведения пользователей систем.

Вступление в законную силу указанного закона позволит создать инфраструктуру, которая будет способствовать обращению цифровых финансовых активов. Вместе с тем следует отметить, что вопросы, касающиеся правового регулирования выпуска и обращения цифровых валют (криптовалют), не нашли отражения в указанном законе и по-прежнему требуют разработки и принятия специального федерального закона.

 

Литература:

1. Акинфиева В.В. Цифровые финансовые активы как новый вид цифровых прав // Ex jure. 2021. №1.

2. Милош Д.В., Герасенко В.П. Перспективы развития цифровых финансовых активов // Экономический вестник университета. Сборник научных трудов ученых и аспирантов. 2020. №44.

3. Павлов В.П. Цифровая форма финансовых обязательств: проблемы правового регулирования // Банковское право. 2018. № 3. С. 38.

4. Попондопуло В.Ф., Петров Д.А., Силина Е.В. Проблемы правовой защиты экономической конкуренции в условиях цифровизации экономики // Конкурентное право. 2019. № 3. С. 10.

5. Сарафанова Дарья Дмитриевна Пробелы в правовом регулировании цифровых финансовых активов // Вопросы российской юстиции. 2021. №11.