Актуальные проблемы возбуждения уголовного дела как начальной стадии досудебного производства

Дата публикации: 2020-04-14 13:15:44
Статью разместил(а):
Ткачев Антон Юрьевич

Актуальные проблемы возбуждения уголовного дела как начальной стадии досудебного производства

Current problems of criminal cases initiation as the beginning stage of pre-trial proceedings

 

Автор: Ткачев Антон Юрьевич 

Российский государственный университет правосудия, г. Челябинск, Россия

e-mail: tkachev.antosha@mail.ru 

Tkachev Anton Yurievich

Russian State University of Justice, Chelyabinsk, Russia

e-mail: tkachev.antosha@mail.ru

 

Аннотация: Автор рассматривает проблемы, касающиеся правомерности выделения в судопроизводстве отдельной стадии возбуждения уголовного дела. Автор выделяет, что несмотря на целесообразность сохранения стадии возбуждения уголовного дела, при ее реализации возникает ряд проблем. Одна из проблем связана с определением методов доследственной проверки, т.е. круга средств, которые могут быть применены для проверки оснований возбуждения уголовных дел. Дискуссионным остался также вопрос о доказательственном значении результатов доследственной проверки.

Abstract: The author considers the problems concerning the legality of singling out a separate stage of criminal proceedings. The author emphasizes that despite the expediency of maintaining the stage of initiation of criminal proceedings, a number of problems arise during its implementation. One of the problems is related to determining the methods of pre-investigation verification, i.e. the range of tools that can be used to verify the grounds for initiating criminal cases. The question of the evidentiary value of the results of the pre-investigation check also remained debatable.

Ключевые слова: досудебное производство, стадии уголовного процесса, возбуждение уголовного дела, предварительное расследование, предварительное следствие.

Keywords: pre-trial proceedings, stages of criminal proceedings, initiation of criminal proceedings, preliminary investigation, preliminary investigation.

Тематическая рубрика: юриспруденция и право.

 

Вся история зарождения и становления института уголовного преследования в различных странах, в том числе и в России, показывает нам неразрывную их связь с производством по уголовным делам. Степень этой связи зависит от конкретных исторических условий, существовавших в той или иной стране. Являясь выражением воли государства и народа и имея в своей основе глубокие социально-политические корни, уголовное преследование имеет своей целью наиболее эффективного регулирования конкретных общественных отношений. 

В процессуальной науке утвердился взгляд на уголовное судопроизводство как на организованную систему, охватывающую составляющие ее исходные элементы – стадии уголовного процесса. Стадии различаются специфическими задачами, особым кругом субъектов и комплексом осуществляемых процессуальных действий. Однако помимо стадий в УПК РФ в структуре процесса выделяется досудебное (ч. 2) и судебное (ч. 3) производство, понимая под первым уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступлении до направления прокурором дела в суд для рассмотрения по существу (п. 9 ст. 5). Досудебное производство, согласно УПК РФ, включает в себя две самостоятельные стадии: возбуждение уголовного дела (разд. VII) и предварительное расследование (разд. VIII), распадающееся на предварительное следствие (гл. 22) и дознание (гл. 32).

Несмотря на такую регламентацию, в процессуальной науке предметом острой дискуссии стал вопрос о правомерности выделения в судопроизводстве отдельной стадии возбуждения уголовного дела. Для возбуждения уголовного дела требуется не факт преступления, а лишь обоснованное предположение о его существовании, которое базируется на фактах-признаках. Нельзя отказать в возбуждении уголовного дела в связи с недостаточностью улик, если есть сведения о преступном факте [3]. УПК РФ обязывает возбудить уголовное дело по каждому преступлению, независимо от того, имеются какие-либо сведения о лице, его совершившем, или нет, так как решение вопросов о виновных в преступном деянии и о доказательствах, необходимых для их изобличения, – задача не стадии возбуждения уголовного дела, а последующих стадий уголовного судопроизводства. В широком смысле, исходя из анализа норм УПК, достаточные данные выступают в качестве критерия принятия многих процессуальных решений. Термин «достаточность» используется законодателем и в других контекстах. Так, основанием производства обыска является «наличие достаточных данных полагать...» (ч. 1 ст. 182 УПК), а для вынесения решения о привлечении лица в качестве обвиняемого необходимо наличие достаточных доказательств (ч. 1 ст. 171).

Несмотря на целесообразность сохранения стадии возбуждения уголовного дела, при ее реализации возникает ряд проблем, одна из которых сводится к следующему: должен ли быть достоверным вывод управомоченных на возбуждение уголовного дела органов о наличии признаков преступления как основание для возбуждения дела [2].

На практике наблюдается стремление органов расследования уже в этот момент достоверно, т.е. с несомненностью, установить факт преступления. В свое время Р. Д. Рахунов утверждал даже, что расследование обоснованно возбужденного уголовного дела должно всякий раз завершаться вынесением приговора [1]. Естественно, что при таком взгляде последующее прекращение дела за отсутствием события или состава преступления рассматривается как "брак в работе" следователя, порожденный, якобы, необоснованным возбуждением дела. Такая позиция представляется ошибочной. Можно утверждать, что для возбуждения уголовного дела достаточно располагать вероятным по характеру знанием – обоснованным предположением о том, что преступление имело место в действительности. В подтверждение сказанному отметим, что познавательная задача стадии возбуждения уголовного дела, в отличие от познавательных задач последующих стадий, ограничена и сводится только к выявлению достаточных данных, указывающих на признаки преступления (ч. 2 ст. 140 УПК РФ). Под признаками же преступления следует понимать отдельные черты деяния (главным образом, его объективной стороны), которые позволяют предположить, что это деяние имело место и является преступным. Достаточными же можно считать данные, позволяющие выдвинуть такое предположение.

Вышеизложенное позволяет утверждать, что обоснованный вывод об установлении признаков преступления отнюдь не равнозначен достоверному установлению состава преступления, поэтому обоснованное возбуждение уголовного дела вполне совместимо с выявлением в последующем факта отсутствия события или состава преступления, что должно расцениваться отнюдь не как "брак в работе следователя", а как ее закономерный результат [2].

Вторая проблема связана с определением методов доследственной проверки, т.е. круга средств, которые могут быть применены для проверки оснований возбуждения уголовных дел. Краеугольным для решения этой проблемы является постулат, согласно которому применять средства сбора информации, носящие принудительный характер, можно лишь при условии, когда это оправдано наличием достаточных данных о совершении преступления, т.е. фактом преступления, которое предстоит раскрыть. Отсюда следует, что для проверки сообщений о признаках преступления могут быть применены не связанные с принуждением познавательные приемы, к которым, полагаем, можно отнести проведение ревизий и документальных проверок. Являясь актами административно-хозяйственного расследования и не теряя впоследствии этого свойства, они, будучи привлечены к выявлению признаков преступления, становятся допустимыми средствами доследственной проверки, так как удовлетворяют требованию непринудительности [3].

На момент принятия в ч. 4 ст. 146 УПК РФ помимо осмотра, ревизий и документальных проверок предусматривалось также, хотя и не вполне четко, назначение судебной экспертизы и проведение освидетельствования. Федеральным законом от 5 июня 2007 г. № 87-ФЗ эти положения были исключены из УПК РФ, так что средствами проверки остались лишь осмотр, ревизия и документальная проверка. Однако согласно Федеральному закону от 2 декабря 2008 г. № 226-ФЗ в число средств проверки вновь было включено освидетельствование и добавлен осмотр трупа. Наконец, Федеральный закон от 9 марта 2010 г. № 19-ФЗ существенно расширил круг способов проверки с включением в него, помимо осмотра места происшествия, трупа и освидетельствования, документальных проверок, ревизий, исследование документов, предметов, трупов. Это последнее дополнение побуждает к размышлениям.

Исследователи неоднократно критиковали эти институты, видя в них непроцессуальный суррогат судебно-медицинской экспертизы, вынуждающий субъектов доказывания дважды–до и после возбуждения уголовного дела (во втором случае уже в форме экспертизы) – исследовать одни и те же объекты, решать одни и те же вопросы, применять одни и те же методики исследования. Эти критические суждения относятся и к допроцессуальным приемам исследования документов и предметов (например, для определения, не является ли порошок наркотиком), которое в криминалистике именуется предварительным исследованием. По логике вещей указанные приемы требуют повторного проведения экспертных исследований после возбуждения уголовного дела. В связи с этим учеными неоднократно ставился вопрос о закреплении в УПК РФ возможности назначения и проведения экспертизы в стадии возбуждения уголовного дела [3].

Дискуссионным остался также вопрос о доказательственном значении результатов доследственной проверки. Хотя многие авторы решают этот вопрос безоговорочно положительно, вряд ли с этим можно вполне согласиться. Нельзя не признать обоснованной отрицательную оценку Концепцией судебной реформы методов доследственной проверки как непроцессуальных, тяготеющих к административным приемам. Весьма спорным остается возможность использования на этом этапе процесса в качестве доказательств результатов ОРД в их изначальном виде, хотя ст. 144 Федерального закона от 28 декабря 2010 г. № 404-ФЗ внесено специальное дополнение о праве лица, производящего проверку, "давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий". В то же время вряд ли можно отрицать доказательственную ценность актов ревизий и документальных проверок, устанавливающих основания к возбуждению дела, поскольку получены они без нарушений постулатов доказывания. Не должна вызывать сомнения и доказательственная ценность результатов осмотра происшествия, трупа и освидетельствования, если они не сопровождались принуждением и были проведены с соблюдением необходимых процессуальных гарантий [1].

Однако положение кардинально изменилось с принятием Федерального закона от 4 марта 2013 г. № 23-Φ3. Суть реформирования состоит в придании доказательственного значения результатам применения не только следственных действий, но и непроцессуальных приемов доследственной проверки. Так, ч. 1.2 ст. 144 УПК устанавливает: "Полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений ст. 75 и 89 настоящего Кодекса".

Условия признания полученных материалов доказательствами – соблюдение положений ст. 75 и 89 УПК РФ – фактически неприменимы. Анализ этих норм показывает, что полученные при доследственной проверке сведения изначально не могут им соответствовать. Также неприменимы и положения ст. 89 УПК. Несмотря на то, что эта норма подвергается справедливой критике (поскольку результаты оперативно-розыскной деятельности изначально не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам) из нее все же следует, что в своем первоначальном виде результаты ОРД доказательствами считаться не могут.

Проанализируем формулу ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ. Из нее следует, что полученные объяснения, истребованные и изъятые предметы и документы, акты документальных проверок и ревизий, результаты исследований (очевидно экспертных) документов, предметов, трупов, полученные по поручениям органов расследования результаты ОРМ могут быть признаны доказательствами.

Стадия возбуждения уголовного дела рождает немало других проблем, например, о субъектах возбуждения дел частного обвинения и роли прокурора при принятии решения, о возбуждении дела этой категории, об особенностях рассмотрения сообщений о совершении таких преступления и ряд других. Решение всех таких вопросов должно, как и в рассмотренных выше случаях, опираться на принципы уголовного процесса, действующие на этом этапе, и на постулаты теории доказательств.

 

Список литературы:

1. Бородин С.В. Разрешение вопроса о возбуждении уголовного дела. М., 1970.

2. Гаврилов Б.Я. Эффективность уголовного судопроизводства // Уголовное судопроизводство. 2017. № 2 20.с.; Кожокарь В.В. Возбуждение уголовного дела: вопросы теории и практики. Дисс. … канд.юрид.наук. М., 2016. 301с.

3. Ковтун Н.Н. Неотвратимость уголовной ответственности в стадии возбуждения уголовного дела. Нижний Новгород, 2010.